Похоже, потребительский ИИ снова набирает популярность. Персональный ИИ-ассистент Meta Muse и его плюшевый маскот Jolly неожиданно стали хитом. Новый сервис OpenAI Dots, судя по всему, развивает ту же идею мультяшного персонального помощника. А оценка перспективного ассистента Instinct достигла 10 миллиардов долларов благодаря его способности выполнять поручения: бронировать поездки, заказывать столики в ресторанах и отменять подписки.
Оптимистичный сценарий легко представить. Агентный ИИ наконец стал достаточно надёжным, чтобы справляться с повседневными задачами. Компании всё активнее предлагают такие услуги обычным пользователям, которые действительно получают от них пользу. Для инвестора это напоминает запуск ChatGPT: мощь ИИ открывает категорию продуктов, прежде невозможную. Кто не захочет вложиться в такой рынок?
Однако передовые ИИ-лаборатории стали осторожнее относиться к потребительским продуктам — и дело не в недостаточном качестве технологий. Даже чрезвычайно популярные сервисы упираются в потолок расходов, на которые готовы пользователи, а улучшение моделей не обязательно делает потребительский бизнес прибыльнее. В результате вся отрасль смещается к модели Anthropic — корпоративным контрактам и расширению по отдельным вертикалям.
Если Muse и Instinct идут против этой тенденции, то потому, что их создатели меньше сосредоточены на монетизации. Но экономика потребительского ИИ от этого не становится лучше, и рано или поздно с ней придётся считаться всем, кто выходит на этот рынок.
О масштабах проблемы напоминают данные из полугодового отчёта Andreessen Horowitz State of Markets, основанные на исследовании PNC. В нём показано, как постепенно растёт доля потребителей, платящих за ИИ-сервисы, и сумма их расходов. На момент сбора приведённых данных за ИИ платили 2,2% потребителей, в среднем тратя 31 доллар в месяц.
В Andreessen Horowitz смотрят на эти цифры оптимистично: «Когда речь идёт о массовом освоении и использовании ИИ, всё ещё очень рано». Пространства для роста много. Но на обоих графиках рост выглядит почти линейным. Несмотря на значительные улучшения моделей, число готовых платить за ИИ пользователей и сумма, которую они готовы тратить, меняются не слишком сильно. Например, огромный скачок производительности от GPT-5.2 к Astra почти незаметен на графике.
Расчёты на одного потребителя выглядят скромнее, но всё равно остаются далеко от стандартного порога безубыточности. Если взять Netflix за ориентир для насыщенного рынка онлайн-сервисов — у него 325 миллионов подписчиков, — то 34 доллара с каждого клиента дадут 11 миллиардов долларов годовой выручки. Это меньше трети операционных расходов OpenAI.
Если считать, что PNC недооценивает распространённость платного ИИ, похожие цифры можно найти у Bank of America. По данным компании, около 3% потребителей в США платят за ИИ; показатель вырос на 40%. Опрос Menlo даёт несколько более оптимистичную картину: четверть взрослых пользуется ИИ ежедневно, и половина из них за него платит.
Проблема потребительской модели связана не столько с выручкой, сколько с расходами. ИИ необычайно дорого эксплуатировать — особенно в сравнении с менее ресурсоёмкими предшественниками, такими как социальные сети и облачные сервисы. Даже сотни миллионов платящих клиентов не гарантируют безубыточности.
Похоже, OpenAI сумела приспособиться к этим условиям. Широко обсуждавшийся переход компании к корпоративному рынку оказался в основном успешным: сообщается, что число корпоративных заказов удвоилось. Даже запуск Dots был ориентирован и на бизнес: компания показала, чем новый персональный агент может быть полезен разработчикам программного обеспечения и специалистам творческих агентств. Один из давно известных способов заработать на популярном, но недорогом потребительском сервисе — продавать его бизнесу дороже. OpenAI, похоже, следует этому подходу.
Сложнее сказать, что это означает для Muse и Instinct. За Muse стоит мощная система персонализированной рекламы Meta, которая даёт компании больше возможностей для монетизации и позволяет отложить решение этого вопроса. Примечательно, что Meta уже рассматривает и корпоративное направление.
У Instinct другой план: получать долю от покупок, совершённых через агента. Это может поднять предел потенциальной выручки. Предположительно, компании также не придётся нести расходы на обучение передовой модели, что существенно поможет.
Но сложная экономика потребительского ИИ жёстко ограничивает возможный рост компании, если она не начнёт получать доход от корпоративных клиентов. Крупнейшие лаборатории уже усвоили этот урок. Похоже, это одна из немногих особенностей отрасли, которая не меняется.